Журнал
поделиться

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

#Арт
Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Усадьба ее семьи — уже полноценная достопримечательность Горного Алтая. Дарью Головань с ее удивительными пейзажами, выполненными на шелке, там знают все! Этой весной художница привезла картины в Новосибирск и рассказала «Мираману» о том, как начинала свой шёлковый путь в живописи, какой подарок получила от Дмитрия Медведева, и чем её вдохновляет Алтай.

Про Горный Алтай

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

— Наш приезд на Горный Алтай из украинского промышленного города Запорожье удался благодаря отважности и смелости родителей. В один момент они всерьез задумались над тем, что нужно уезжать оттуда, чтобы сохранить наше с братом здоровье.

Папа тогда работал в ресторанном бизнесе, был инженером-технологом общественного питания. Но, имея натуру искателя, увлекся восточными единоборствами, и судьба свела его с тренером Юрием Николаевичем Манхоевым. Юрий Николаевич пригласил своих учеников съездить в Саяны, а еще через год они поехали на Горный Алтай, в Чемальский район, на Каракольские озера. Вернувшись домой, он так живо, с огоньком в глазах рассказал нам про Алтай! И через два года мы решились на переезд. Отправили контейнеры с вещами в Чемал — не забыли взять с собой и картины моего дедушки, он был художником-самоучкой, а сами поехали на машине: мама, папа, брат, я, собака и кот. Мне тогда было девять лет.

Добрались до Чемала, посмотрели на него и решили искать более глухое, укромное местечко. Поиски были недолгими. Папа со знакомыми заехал в Аскат и встретил там бабушек, они сидели на улице, кедровые орешки щелкали. Оказалось, что обе продают домики. Папа потом делился впечатлением: подходим мы к полянке, а там такой вид открывается — сосновый бор, горы, Катунь шумит, а бабушка кидает жест рукой и говорит — вон моя усадьба. У папы все затрепетало внутри — то ощущение, когда понимаешь — «твоё!». Баба Шура (так её звали) назначила цену в 20 миллионов рублей, тогда ещё нолики не убрали. Папа попробовал с ней поторговаться. Но у бабушки логика была своя: «Десять миллионов, чтобы избушку в Аскате построить, пять миллионов, чтобы корову невестке купить и еще пять — сыну Серёже на мотоцикл». Папа понял, что торг здесь не уместен.

Мы купили этот домик, начали обживаться, менять ландшафт калиток и заборов (разобрали множество мелких курятничков, загонов, свинарников, насчитали на участке 15 калиток, зачем все они были нужны — одной ей известно).

Почти сразу разбили первый цветник. Сейчас у нас уже сотки три под них задействованы!

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Первые годы были нелегкими. Хотелось подружиться с народом, воспринимали нас по-разному, кто-то приходил и говорил: «Если хотите жить в Аскате — живите как все!». А как - как все?..

Но со временем, когда чуть-чуть встали на ноги, поняли, как здесь мыслит народ, как живет. И стало легче. Кстати, не сразу узнали и про то, как что в огороде растет! На Украине вредители другие. А здесь в первый раз увидели, что вот эта белая бабочка откладывает яйца на капусте, а потом появляются червячки и всю ее скушивают… В общем, со временем узнавали все эти тонкости, и постепенно «прижились» на Алтае.

Про начало шелкового пути

— Через пару лет жизни в Аскате мы с папой поняли, что хотим выражать себя не только в наших цветниках, но и в живописи. Он начал писать, и я, глядя на него, тоже, вместе ходили на этюды, совершенствоваться в рисовании. У нас, как и у нашего дедушки, нет художественного образования.

Поработав масляными красками года четыре, я подумала — почему бы не попробовать рисовать акварелью. И она приглянулась мне больше. Папа делал мне спилы разных пород деревьев, и я рисовала сначала на них. Интересно, кстати, что можжевельник — красного цвета, сосна — желтого, кедр со временем розовеет… В общем, прежде чем перейти к шелку, к тонкой технике, я работала с разными материалами, и это, безусловно, помогло понять, куда двигаться дальше.
Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Я знала, что в Китае и Японии издавна была развита шелкография, и тоже захотела попробовать. Нашла дома лоскуточек ткани и стала на нем рисовать. Акварель слегка скатывалась, ткань плохо впитывала, но я не отступала, и потихонечку получился интересный сюжет. Показала картину папе и маме. Папа сказал: «Надо съездить в магазин тканей и подобрать шелк!». Мы поехали в Бийск и нашли там коричневую и черную ткани. Именно с них и начался мой «шелковый» путь в акварели.

Про шелковую живопись

— Шелковая ткань, акварель и буйство алтайских красок — это невероятное сочетание! Ледники, снежники, цветения, бурные реки, кедровые и лиственные леса… Даже сама не знаю, как удается передать все это в своих картинах.

Сейчас использую около десяти оттенков шелка: розовый, голубой, белый, зеленый. Иногда сочетание цвета ткани и самого сюжета кажется в начале кричащим. Например, на зеленом шёлке сделала набросок — поляну с ромашками на Семинском перевале. А небо я всегда стараюсь оставить приближенным к цвету ткани… Смотрю и думаю — и как же будет здесь смотреться зелёное небо? Дописала, и получилось очень интересное сочетание: белые облака, луг, ромашки, синие горы. И зелёное небо смотрится совсем не кричаще, не выделяется из естественного гипер-реалистичного изображения.

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»У многих возникает ощущение, что это фотоработы. Те, кто в очках, часто приподнимают их, разглядывают, не верят своим глазам. Кто-то говорит, что я использую 3D-принтер и потом лишь прорисовываю детали. Но это совершенно не так. Я работаю тонкой кистью, и это дает тот самый 3D-эффект. Всегда, шутя, отвечаю сомневающимся: «Это ловкость рук и никакого мошенничества»! Долгие годы тренировок, оттачивание мастерства, открыли для меня самой такие приемы, которые иногда и объяснить-то сложно.

Ручная работа, созданная с любовью, несет и соответствующий заряд, энергетику, тепло того человека, который это создавал. Это то ценное, что не может заменить ни одна машина.

Про Дмитрия Медведева

— Для меня это никогда не было поводом похвалиться, но если спрашивают — с удовольствием рассказываю. Дмитрий Анатольевич был у нас в Аскате со своей супругой Светланой и сыном Ильей в 2005 году. Мне тогда было 18 лет. В то время он еще работал в администрации Президента, но на отдыхе его уже охраняли очень хорошо — приехал к нам в сопровождении целого кортежа. Как он про нас узнал, только догадываться приходится...

Он посмотрел нашу галерею, купил две моих картины. Потом мы общались, пили чай у нас на усадьбе под навесом. Он очень понравился мне как человек — простой, приятный, искренне интересующийся нашей жизнью.

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Честно сказать, когда мы познакомились с Дмитрием Анатольевичем, я не знала, кто это. Но после нашей встречи, когда видела по телевизору, как он сидит по правую руку от Владимира Владимировича, непроизвольно на лице появлялась улыбка.

Даже не думала, что у этой истории будет продолжение. Прошло пять лет. Делегация из нашей Республики Алтай собиралась на выставку в «Крокус Экспо» в Москву. Меня тоже пригласили поехать. И накануне у этого мероприятия, когда уже были куплены билеты, я подумала - почему бы не написать письмо Дмитрию Анатольевичу. Мы с братом зашли на сайт Кремль.ру. И я написала ему приглашение – мол, здравствуйте, это Дарья Головань, художница из Алтая, в Москве бываю не часто, везу с собой несколько картин, приглашаю вас и вашу супругу в «Крокус Экспо».

Когда приехала в Москву и включила телефон после самолёта, обнаружила несколько пропущенных вызовов с разных номеров.

Телефон тут же зазвонил, и мне сказали: «Дарья Головань? Это из администрации Президента, мы вас уже обыскались!». Как потом мне передал его помощник, Дмитрий Анатольевич получил мое письмо и положительно на него отреагировал — такое слово, мне кажется, очень статусное, и попросил кое-что мне передать. Что передать — по телефону не сказали. Я опешила! Значит, письмо дошло!

Значит, человек обо мне вспомнил, хотя прошло уже пять лет! И вот уже на выставке я развешивала свои работы, ко мне подошел красивый молодой человек, вручил цветы и сказал: «Дарья, это вам от Дмитрия Анатольевича!». И пакетик передает. А в нем — фотоальбом «Зимний альбом. Дмитрий Медведев», подписанный для меня автором! У него очень интересные, неординарные работы. В основном это природа России: пейзажи, веточки, травиночки. Так что, если рассуждать о детализации — в этом у нас явно есть совпадение. А еще там был именной конвертик, а в нем — визитка Дмитрия Анатольевича — белая карточка, где только его имя и герб России. Я передала ему в ответ от нашей семьи картину с изображением сон-травы. Очень люблю эти наши ранние цветы на Алтае!

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Про скрытый потенциал

— Чувствую, что во мне еще есть внутренний скрытый потенциал. Может, потянет на изображение животных и портреты людей. Мой дедушка очень хорошо писал портреты. Возможно, это следующий этап и в моем творчестве! Пока же, когда просят написать портрет, я в ответ шучу, что пока могу изображать людей только в образе кустика или пенечка.

Возможно, придут и новые материалы. Помимо шелка работаю с папирусом — очень интересный эффект выходит. Пейзажи Алтая на нем словно древние свитки получаются.

Пробовала себя и в гончарном деле, и для первого раза меня даже похвалили! Работа с глиной - это своеобразная медитация. Ты смотришь на гончарный круг, и это настолько погружает куда-то в глубины сознания! Я просидела там часа полтора, и они пролетели как одно мгновение. Это похоже на состояние, в котором нахожусь, когда пишу картины. Я так погружаюсь в процесс, что потом сама не понимаю, как удалось создать такой пейзаж.

В любом случае, как бы я ни стала работать дальше, даже если откроется другое видение для проявления своего творчества, шелк все равно останется со мной навсегда.

Про секреты творчества

— Мастер-классы не слишком часто, но провожу, свою технику ни от кого не держу в секрете. Если кто-то будет пытаться повторить за мной, у него всё равно не получится. У каждого человека свой почерк, поэтому спокойно делюсь секретами.

Помню, как-то приехали ко мне женщины и просили шелк, потому что у них акварель на другой ткани растекалась. Но понятно же, что здесь дело в творце! С удовольствием дала им советы по технике.

Смысл моего творчества — не только реализовать себя как художника. Через свои картины хочу показать то, что создает природа. Хочу разбудить в людях желание увидеть уникальность этих мест вживую, трепетнее относиться к Алтаю.

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Про силу Алтая

— Меня не тянет в большой город. Да, интересно приехать на несколько дней, сходить в театр, кино, совершить покупки, но тяги переехать - нет. Я сочувствую творческим людям, которые здесь творят и находят силы для вдохновения. Для меня важно, когда вокруг природа, и она тебе «дает». Ты проживаешь ее, пропускаешь через себя и творишь. Создавать для своего творчества помехи, сложности, зачем? Сейчас я чувствую себя на своем месте, Аскат стал для меня Родиной. Украина, кажется, была где-то в прошлой жизни. Алтай сейчас во мне, со мной. Красивейшие места, природа, удивительный климат, разные культуры и народы - это место вдохновения для меня.

В окрестностях Аската люблю Емурлинский водопад. Он напоминает мне какой-то тропический пейзаж: там камни, по которым стекает вода, поросли мхом. Люблю «Зубы дракона» — это выходы скал посреди Катуни. Очень живописное место гора Менжелик, куда мы за грибами летом ходим. Да даже просто открыл калитку, вышел на берег реки, и уже красота!

Дарья Головань: «Хочу разбудить в людях желание увидеть Алтай вживую!»

Выше в горах уже другая красота, более суровая, контрастная... Мой прошлогодний поход к Белухе стал открытием по мироощущению, по сюжетам. Физически он был очень сложным, под рюкзаком. Природа нас трепала и снегом и морозом. Но когда Алтай проверил нас на прочность, и вечером всё успокоилось, Белуха показалась во всем своем величии. Чистое небо на закате, розовые вершины… Это что-то непередаваемое! Такое не запечатлеть ни лучшим фотоаппаратом, ни самой искусной кистью мастера! Это нужно видеть вживую, впитывать в себя. Когда мы подходили к Аккемскому леднику, ощутили такое снежное безмолвие, невероятную связь с космосом, с чем-то сокровенным и священным. Мне хотелось просто рядом постоять, без амбициозных планов на восхождение. Я понимаю, что не надо лезть в такие священные места. Белуха - это сакральное место. Ощущение, что там обитают светлые души, которые покидают материальное тело. Силища, одним словом!

Как можно лишить себя такого источника вдохновения? Нет. Уж лучше вы к нам.

Текст: Наталья ТЮМЕНЦЕВА

фото: из личного архива Дарьи ГОЛОВАНЬ

Что еще почитать на тему «Арт»

Мы используем куки

Не переживайте! Куки не сделают ничего плохого, зато сайт будет работать как следует и, надеемся, принесёт вам пользу. Чтобы согласиться на использование куки, нажмите кнопку «Понятно» или просто оставайтесь на сайте.

Понятно