Журнал
поделиться

Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

#Театр/кино
Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

Как-то, будучи ещё телевизионным журналистом, я делала сюжет про строительство новой развязки под Новосибирском. Мы с оператором придумали очень эффектную «фишку» для стенд-апа. Он стоит сверху на мосту, а я иду внизу по трассе и рассказываю, мол, вот, какую замечательную дорогу построили. И вот, я одна не спеша вышагиваю по трассе, говорю текст в радио-петличку, и тут ко мне подъезжает фура, и улыбчивый дальнобойщик недвусмысленно предлагает прокатиться…

В карьере любого корреспондента, телеведущего, случаются истории, о которых они потом вспоминают со смехом. В Международный день солидарности журналистов я попросила коллег ими поделиться.

Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

Павел Афонасьев, главный редактор программы «Новости. Новосибирск» на канале РЕН ТВ:

- Как-то в эфире, который начинался с проходки в кадре, я, пытаясь сесть на стул, понял, что пятой точкой не попал на него. К тому же он предательски откатился к заднику и с грохотом упал. А это всё в эфире!!! Я застыл в сидячем положении, хотя стула подо мной не было, и с каменным лицом - будто ничего не случилось - поздоровался. Потом пошёл анонс. Картинкой меня перекрыли. Читая текст одним глазом, вторым я искал, куда же подевался этот чёртов стул, и метался по павильону. В тот момент я понимал: если не найду его, придётся весь эфир изображать, что я сижу, а это физически тяжело. К счастью, в последний момент, перед тем как выдали в эфир студию, я его нашел и угнездился-таки. Уже после эфира долго искал того шутника, который обычный стул с ножками подменила на такой же, но с колёсиками. Не нашёл...


Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

Вячеслав Горчаков, ведущий программ «Мегаполис» (ТВ-3, ОТС, «Домашний», РБК) и «Наш Новосибирск» (РБК):

— Дело было на открытии Бугринского моста. Вполне ожидаемо: десятки камер и толпа журналистов с «удочками», чтобы, в случае чего, уловить каждое слово президента на третьей переправе. Операторы выстроились гигантским полумесяцем, направив камеры на Путина, Городецкого и Локтя. А мы, журналисты, скучковались за операторами. В итоге из-за камер ничего не видно, работаем наощупь. Все журналисты вытянули «удочки» на максимум и протянули куда-то между операторами вперед и вверх. А я взял свою за самый край. Естественно, по закону физики, она повисла, как свинцовая. А тут еще и ветер дует. И я чувствую, что «удочка» моя начинает болтаться где-то над головами президента, губернатора и мэра. Думаю: «Лишь бы не стукнуть!». Не стукнул. Но потом отсматриваю видео и вижу картину: стоит троица первых лиц, а в сантиметрах над их головами маячит мой микрофон. После этого все надо мной подшучивали: мол, ты чуть президента не убил!


Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

Евгения Замошникова, корреспондент «Телесемь» (Новосибирск):

— Как-то по заданию редакции я пошла на спектакль «Только для женщин», чтобы потом написать о нем материал. И вот о чем хочу вас предупредить: никогда не садитесь на первый ряд! Особенно если спектакль о том, как 6 мужчин (бывших сотрудников завода) после сокращения решили стать стриптизерами.

На глазах зрителей типичные «работяги» превращаются в почти профессиональных стриптизеров. Зрители, и я в том числе, аплодируют. Тут неожиданно со сцены спускается актер Павел Сборщиков, проходит вдоль первого ряда…и приглашает меня на танец. Встаю… и тут же попадаю к нему на руки.

— Ничего не бойтесь. Просто делайте то, что мы будем вам говорить, - интимно шепчет мне Павел на ушко.

И вот я уже на сцене при свете софитов. Актеры танцуют, развлекают зрителей, я недоверчиво вглядываюсь в зрительный зал. Затем Гоша Куценко достает бутылку шампанского и наливает мне бокал. Выпиваю и жду, когда же можно будет вернуться на место. Но не тут- то было.

— Евгения, - продолжает Гоша, - может, вам еще выпить? Вам ведь скоро раздеваться…
Я прихожу в ужас. А Гоша продолжает:
— Сейчас у вас есть два варианта: остаться с нами и пуститься в разврат или вернуться на место.

Я выбираю второе. Под аплодисменты зала покидаю сцену и возвращаюсь на свое место. Шампанское от великолепного Гоши еще долго кружило голову. Ах, какой мужчина…


Истории журналистов: то, что остаётся за кадромМария Черешнева, корреспондент программы Новости. Новосибирск на канале РЕН ТВ:

— В редакции произошло долгожданное событие - вместо проводов к микрофонам закупили радиоблоки. Один из первых стэнд-апов с обновленной техникой я записывала в Первомайском сквере. Там происходило какое-то народное гуляние с песнями и танцами. Я встала на фоне толпы и стала что-то там вещать. Разумеется, понадобилось несколько дублей. Между ними я вставляла комментарии из разряда «ой, это я не то сказала и вообще фигня какая-то получается». Пишу очередной дубль и понимаю: что-то не так. Какое-то подозрительное эхо. И тут мы с оператором услышали: все, что я говорю, транслируется из колонок на главной сцене. Частота совпала. Но кроме нас, к счастью, никто этого не понял - новосибирцы были слишком увлечены праздником.


Истории журналистов: то, что остаётся за кадром

Алексей Кудинов, ведущий корреспондент телеканала СТС-Мир:

— На съёмки я практически всегда езжу с «удочкой» для микрофона — она телескопическая, выдвигается метра на три, а в сложенном состоянии напоминает трость. И люди, которые меня редко видят, встречая на съёмках, спрашивают, что у меня с ногой. На этот вопрос я отвечал точно больше ста раз.

Возить «удочку» я стал после того, как на учениях в Юрге просидел в снегу на коленях перед каким-то генералом минут тридцать. Он давал интервью, долго рассказывал об учениях, камер было много, и так пришлось поступить, чтобы не попасть в кадр. При этом коллеги сгрузили мне микрофонов штук шесть. Короче, просидев в снегу в такой неудобной позе, я зарёкся возить «удочку». Она удобная — раздвинул её и встал где-нибудь за камерой. И оператору не мешаешь, и удобно.

Часто удочка вообще спасает съёмки. Помню, мы снимали на Чкаловском заводе сдачу первых серийных самолётов Су-34. Народу очень много. СМИ со всей страны. Нас выстроили на лётном поле и отгородили от самолётов ленточкой так, чтобы никто никому не мешал и все могли снимать нормально. Но перед камерами всё время крутился какой-то военный фотограф. На окрики операторов не реагировал. Рукой его было не достать. Когда я понял, что кадры надо спасать — самолёты скоро улетят, а на картинке только его спина, - взял удочку и несколько раз «погладил» его по голове... Нам он больше снимать не мешал.

Записала Наталья Тюменцева

Что еще почитать на тему «Театр/кино»

Мы используем куки

Не переживайте! Куки не сделают ничего плохого, зато сайт будет работать как следует и, надеемся, принесёт вам пользу. Чтобы согласиться на использование куки, нажмите кнопку «Понятно» или просто оставайтесь на сайте.

Понятно