Журнал
поделиться

«Красный факел»: от коммерческого клуба до сибирского МХАТа

#Театр/кино
«Красный факел»: от коммерческого клуба до сибирского МХАТа

Специально для читателей журнала «Мираман» театр организовал увлекательную экскурсию.

От частной собственности до захвата белыми

Здание, в котором уже много лет живет театр «Красный факел», в этом году отпраздновало 100-летие.

— В апреле мы открыли большую фотовыставку, посвященную этому событию, — рассказала Ксения Гусева, заместитель директора по рекламе и маркетингу театра «Красный факел». — В нее вошли уникальные снимки, которые удалось отыскать в архивах Краеведческого музея и Архитектурной академии. Некоторые из них, кстати, нигде никогда не были опубликованы.

Но было ли здание открыто в апреле или распахнуло двери в каком-то другом месяце — неизвестно. Точную дату найти не удалось.

— Думаю, во многом это связано с тем, что изначально здание было частной собственностью, — поясняет Ксения. — Особняк построили на деньги купцов, крупных коммерсантов, и в нем располагалось Купеческое собрание. Или, как его еще называли, Коммерческий клуб.

В скором времени это здание стало востребованной зимней концертной площадкой, где выступали гастролеры. Бывали здесь и Миланская опера, и многие театральные звезды того времени. В 1917 году здание экспроприировали и обустроили здесь Реввоенсовет — штаб новой власти.

— Потом зданию пришлось пережить настоящий военный штурм — здесь стреляли, кололи штыками, и такой исторической страницы нет ни у одного другого здания в нашем городе. А случилось это, когда в город вошли белочехи, которые подчинялись ставке Колчака, находившейся неподалеку — в Омске, — рассказывает наш экскурсовод. — Члены Реввоенсовета были захвачены в здании будущего театра и впоследствии расстреляны — в совершенно другом месте, однако шлейф той истории все еще сохраняется в виде легенд о том, что происходило в наших подвалах. В общем, когда лихолетье закончилось, оказалось, что здание разорено и разрушено. Даже был составлен подробный документ, в котором значится, что все плафоны — разбиты, все ручки и краны — свернуты, а электропроводка — сорвана «для нужд революции»… Со временем здание восстановили, и в нем поселился Дворец революции с библиотекой и множеством кружков. Потом сюда стали пускать и театры.

В Новосибирск через стройки Кузбасса

Первым приехал переведенный из опального Омска театр Сибгосопера. Здесь он работал почти 10 лет, ставя балеты и оперы. А в 1932 году в Новосибирск официально перебрался театр «Красный факел».

— Вообще, труппа «Красного факела» была создана в 1920 году в Одессе. 11 лет театр просуществовал как передвижной, не имея своей собственной площадки, однако коллектив при этом был весьма сплоченный, — продолжает Ксения Гусева. — Один из сезонов в Ленинграде был для театра триумфальным, и труппе пообещали «прописку» в Северной столице.

Но потом пришло распоряжение, в котором говорилось: «Чтобы стать ленинградским театром, нужно год отработать на стройках Кузбасса». Актеры поехали. А в конце года пришло еще одно распоряжение — актеры едут не в Ленинград, а в Новосибирск! Часть труппы ехать отказалась, часть — перебралась в наш город.

— Так в Новосибирске и появился театр «Красный факел» — изначально сугубо авторский, эстетский, модерновый и никак не связанный своим названием с революцией, — уверяет наш экскурсовод. — В Одессе труппа играла в небольшом подвале. В репертуаре был сложный декаданс: Оскар Уайльд, Морис Метерлинк, Зинаида Гиппиус. Публика на постановки собиралась богемная. И для них театр «Красный факел» ассоциировался с прорывом к новому искусству, с романтизмом.

Только в 30-е годы красный факел стал восприниматься как символ революции. И именно это спасло театр от переименования: никто просто не решился это сделать. Так в советские времена «Красный факел» стал единственным театром с именем собственным в названии. Следующий — «Современник» — появился только в 1960-е годы.

Проникнувшись историей, мы отправились на экскурсию по коммерческому клубу, театру с самым революционным и одновременно — нереволюционным названием…

«Наша театральная бабушка»

В холле на втором этаже, наверное, каждый, кто бывал в театре, видел этот портрет. В «Красном факеле» даму, изображенную на нем, ласково называют «наша театральная бабушка».

— В 1930-е годы сложные пути привели в Новосибирск Веру Павловну Редлих — выдающегося режиссера, — рассказывает Ксения. — Ей удалось собрать и сплотить сильный коллектив и добиться того, что театр в стране стали негласно называть сибирским МХАТом. Многие выпускники московских вузов в те годы буквально стояли в очереди, чтобы попасть в ее труппу.

Выдающийся режиссер Вера Павловна Редлих.

Слой за слоем... 

В 2006–2008 годах театр реконструировали. Перед архитектором стояла непростая задача — вернуть зданию исходный вид. Эскизов внутреннего оформления не сохранилось, какие цвета использовались в интерьере, было неизвестно. Поэтому специалистам приходилось буквально слой за слоем снимать краску, чтобы добраться до того самого — первого.

Кстати, расположение многих помещений тоже удалось сохранить. Например, нынешний буфет находится на месте ресторана, гардероб — там же, где располагался столетие назад. А вот вместо уборных изначально были винные погреба.

Специалистам удалось вернуть холлу исходный вид. 

С чего начинается работа с декорациями?

Прежде чем приступить к изготовлению декораций, в театре делают вот такой миниатюрный макет — на нем изображается все до мелочей. Затем его масштабируют до нужного размера. Этот, например, для постановки «Не такой уж и пустяк».

Макет оформления сцены для спектакля «Не такой уж и пустяк».

А это уже настоящие декорации! После спектакля их специально не убрали, чтобы мы смогли проникнуться атмосферой спектакля изнутри. Ощущения, надо сказать, непередаваемые. Будто заглянули в гости к главной героине постановки «Не такой уж и пустяк».

— Маленький английский городок, в котором живет 40-летняя незамужняя женщина. Как у любого человека, у нее есть свои скелеты в шкафу — прошлые романы, — рассказывает Ксения. — Брат знакомит ее с очень странным мужчиной, с которым, по его мнению, она сможет связать свою судьбу. Что из этого выйдет? Приходите на спектакль — и узнаете!

А это уже настоящая сцена, с настоящими декорациями. 

... Я полагаю, что все это следует шить... 

Работа над костюмами начинается с таких вот живописных авторских эскизов. Если спектакль исторический, то сначала специалисты детально изучают эпоху, особенности кроя, ищут похожие материалы. Особенно это важно для постановок, которые идут на малой сцене и у зрителя есть возможность разглядеть костюмы.

— Если же речь идет о большой сцене, то никакая ювелирная отделка, точное воссоздание тканей не требуется — зритель все равно ее не увидит, — поясняет Ксения. — Иногда лучше использовать несколько крупных элементов, которые, к слову сказать, вблизи могут смотреться весьма странно.

Кроме этого, костюмерам важно учитывать и то, что в этой одежде будет делать актер: ходить, сидеть или кувыркаться… Для каждой задачи — свой крой.

К каждому эскизу прикрепляют несколько образцов ткани - на выбор. 

Три этажа сцены 

Большая сцена — место удивительное. Ее высота составляет около 15 метров! А зритель видит лишь ее небольшую часть — средний этаж.

— Гигантский верхний этаж сцены скрыт от наших глаз. Туда поднимаются осветительные приборы, декорации, а иногда даже актеры! — рассказывает Ксения. — Например, в спектакле «Смертельный номер» Константин Колесник взмывал под самый потолок сцены, так называемые колосники. Для зрителей создавалась иллюзия, что клоун взбирается по трапеции, потом несколько секунд темноты — и он падает… На самом деле в этот момент рабочие сцены вручную вздергивали его на страховочном тросе вверх. А потом специальным багром затягивали на рабочий мостик. В конце спектакля Косте приходилось еще раз проделывать этот путь — но в обратную сторону.

Во время спектакля зритель видит лишь средний этаж  сцены. 

Осторожно, сцена! 

Сцена, как уверяет наш экскурсовод, — это зона повышенной опасности. И случаев, когда ради успешной постановки актеры готовы идти на риск, тоже хватает.

— Знаменитая постановка «Макбет» начиналась с того, что сверху падали множество кинжалов и вонзались в сцену. Но во время одного из спектаклей автоматика не сработала — кинжалы не выпали, — вспоминает Ксения. — Однако актеры, находящиеся на сцене, приняли решение спектакль не останавливать, продолжили играть. Хотя высоко над их головами оставались кинжалы, которые могли упасть в любой момент…

Из-за яркого освещения сцены, зачастую артисты видят лишь первые ряды зрителей. 

Быстро, надежно, бесшумно... 

Вообще, случай во время спектакля "Макбет" - исключительный. За безопасность тех, кто находится на сцене, постоянно отвечают монтировщики декораций.

— Очень непростая работа у этих людей: в день спектакля они приходят первыми и уходят последними, — рассказывает наш экскурсовод. — Они отвечают за то, чтобы декорации своевременно и, что немаловажно, бесшумно сменяли друг друга, чтобы все было надежно закреплено.

 Столы и кресло — «участники» спектакля «Довлатов. Анекдоты».

Стена славы 

В театре есть своя стена славы — с зеркалами, веселыми подписями и отпечатками рук всех актеров. Свой след в истории театра оставили даже дети актеров, которые проводят свое детство за кулисами.

Здесь отпечатки своих ладоней оставляют актеры. 

Свое зеркало есть и у местной кошки Маши. Живет она здесь уже больше 10 лет.

— Вообще, кошки всегда жили в театрах всего мира. Раньше они «охраняли» декорации, которые в основном были выполнены с помощью масляных красок и были желанным лакомством для мышей, — поясняет Ксения. — Сейчас таких декораций мало, но у кошек в театре все равно есть дела. Правда, несмотря на солидный стаж, на сцену Маша ни разу не выходила — знает правила.

А в это зеркало любуется местная кошка Маша. 

Текст: Татьяна Бушмакина.
фото: Игорь Мазутский. 

Что еще почитать на тему «Театр/кино»

Мы используем куки

Не переживайте! Куки не сделают ничего плохого, зато сайт будет работать как следует и, надеемся, принесёт вам пользу. Чтобы согласиться на использование куки, нажмите кнопку «Понятно» или просто оставайтесь на сайте.

Понятно