Журнал
поделиться

Тимофей Кулябин: «Зритель сам произносит текст за всех героев Чехова»

#Театр/кино
Тимофей Кулябин: «Зритель сам произносит текст за всех героев Чехова»

Накануне предпоказа «Трех сестер» режиссер спектакля рассказал о том, как постановку приняли в Екатеринбурге, почему на репетиции потребовалось полтора года и зачем в декорациях спрятаны экраны, которые видят только актёры.

Об избавлении от чужих интерпретаций

Тимофей Кулябин: «Зритель сам произносит текст за всех героев Чехова» Описание фотографии

— У меня давно родилась идея поставить спектакль, в котором был бы изменен один из ключевых элементов. В данном случае, этот элемент — речь. Я хотел взять классическую пьесу, но отделить зрительный зал звуконепроницаемым стеклом. Позже пришла мысль поставить спектакль на жестовом языке. И в какой-то момент мне показалось, что для такой постановки не нужно придумывать какой-то особенно истории и писать пьесы, а взять один из классических драматических текстов и сделать этот эксперимент на нем.

Пьеса Чехова «Три сестры» — почти Библия для драматического театра. Это ставилось, ставится и будет ставиться. Уже существует множество интерпретаций, поэтому, когда берешь пьесу Чехова, сразу вспоминаешь огромное количество постановок, которые видел. Конечно, с этим материалом очень сложно начинать работать. Поэтому что ты всегда находишься в зоне цитат уже кем-то поставленного и сказанного. И от этого тяжело избавиться. Но когда мы решили ставить спектакль на языке жестов, эта проблема отпала сама собой.

Благодаря этому текст для меня избавился от интонаций. Я озвучиваю его сам. Я слышу его не так, как мне его назязали, а так, как слышу я. Зритель сам произносит текст за всех героев Чехова.

По большому счету спектакль — классический, хотя я и не люблю эту расхожую фразу, потому что не пришлось менять сюжет и персонажей, ничего переворачивать. У меня есть книжка «Режиссерские экземпляры К. С. Станиславского», мы с ней два года вместе прожили: сверяли мизансцены, входы и выходы, паузы, с теми, что были в первой постановке 1901 года в театре Станиславского. И примерно 50% мизансцен совпадают.

Об изучении жестового языка

— Первая репетиция состоялась в декабре 2013 года. Очень большую работу над спектаклем проделали актеры. Им пришлось заново учиться говорить, ходить, потому что привычные для них коммуникации, приемы, в этой постановке не работают.

Сначала в течение года с преподавателем жестового языка ребята учили текст. После этого встречались друг с другом на сцене и говорили его, потому что важно еще и понимать партнера. Следующий этап — мы садились в круг и произносили текст. Я просил делать это быстрее, медленнее, прокричать или сказать шепотом… Только после этого начали работать в мизансценах. И получили странный эффект: оказалось, что артисты освоили текст, но когда я просил их произносить его и передвигаться по комнате, сделать этого они не смогли. Пришлось научиться ходить заново. И так далее… Это грандиозный актерский труд.

О построении спектакля

Тимофей Кулябин: «Зритель сам произносит текст за всех героев Чехова» Описание фотографии

— Спектакль построен таким образом, что стен в доме нет, мы видим, как во всех пяти комнатах одновременно живут. Но в этой жизни нет ничего случайного. То, как строится диалог, это целая история. Например, слабослышащий человек не может отреагировать на реплику, если он ее не видит. А чтобы увидеть, актер должен оказаться лицом к партнеру. И это тоже своя география и геометрия, которая скрупулезно высчитывалась.

В спектаклях артисты выходят на сцену на реплику. Здесь реплик нет. На протяжении четырех с половиной часов царит условная тишина. Конечно, есть звуки — ведь люди в доме Прохоровых живут, но все они продуманы.

Для зрителей установлен экран с субтитрами. А внутри декораций спрятано 5 экранов, которые видят только артисты. Потому что если они пропустят хотя бы одну реплику, то все порушится. То же самое можно сказать и о работе техников: субтитры транслируют два оператора и сбиваться им ни в коем случае нелья. Спектакль построен по миллиметрам, по секундам.

Об участии в фестивале

— Перед премьерой в Новосибирске, мы представили «Трех сестер» на фестивале «Реальный театр» в Екатеринбурге. Это, может, звучит смешно, но некоторые люди после спектакля говорили: «Все здорово. Вот если бы еще язык настоящий был, а не на понтах». В спектакле реальный жестовый язык и текст Антона Павловича Чехова, так как его бы произносили слабослышащие люди. Здесь нет ни секунды вранья.

Текст: Татьяна Бушмакина.
Фото: Фрол Подлесный. 

Что еще почитать на тему «Театр/кино»

Мы используем куки

Не переживайте! Куки не сделают ничего плохого, зато сайт будет работать как следует и, надеемся, принесёт вам пользу. Чтобы согласиться на использование куки, нажмите кнопку «Понятно» или просто оставайтесь на сайте.

Понятно